Реставрационно-строительная компания
Сохраняя прошлое, создаем будущее!

«Усадьба Снегирева, 1-ая четверть XIX века, 1894 год, архитектор Р.И. Клейн — Флигель», г, Москва, ул. Плющиха, дом 62, строение 2

О компании - Блог - «Усадьба Снегирева, 1-ая четверть XIX века, 1894 год, архитектор Р.И. Клейн - Флигель», г, Москва, ул. Плющиха, дом 62, строение 2

Объект культурного наследия федерального значения.

ИСТОРИЯ МЕСТА

Плющиха

Улица Плющиха находится на юго-западе Москвы, в районе Хамовники и примыкает к Девичьему полю. Местность, где она расположена, известна с XV века и упоминается в исторических документах в связи с проходившей здесь дорогой на Смоленск.

Первое название улицы — Саввинская, по Саввинской церкви на Девичьем поле (возведена в 1592г., разрушена в 1930г.). После постройки на самой улице церкви Смоленской иконы Божьей Матери (возведена в 1689-1691гг., разрушена в 1933г.) название изменилось на Смоленскую. Плющихой улица стала называться в начале XVIII века, по находившемуся на ней кабаку купца Плющева, заведение которого славилось хорошей кухней и вежливым обслуживанием.

Пожар 1812 года затронул и Плющиху. На ее восточной стороне было уничтожено много домов, а на западной сгорело только два. Избежать полного уничтожения во время пожара помогло Плющихе то, что своей западной стороной она примыкала к открытому пространству Девичьего поля, где не было строений, с которых мог перекинуться огонь.
К середине XIX века улица уже восстановилась, на ней насчитывалось около 60 дворов, большинство из которых принадлежало купцам.

Девичье поле

История Плющихи и Девичьего поля тесно связаны, так как это единая местность.

 Девичье поле, которое называли еще и Новодевичье, известно с XVI века.

Оно занимало большое пространство, от Садового кольца до Новодевичьего монастыря. Если смотреть по современной карте, то на западе граница Девичьего поля проходила в районе Погодинской улицы, а на востоке по Малой Пироговской, Большая Пироговская улица – это центральная линия поля.

Существует три версии происхождения названия Девичье поле. По одной версии оно происходит от находившегося в конце поля Богородице-Смоленского Новодевичьего монастыря (основан в 1524 году великим князем Василием III) к которому эта земля примыкала с северной стороны. По другой версии название возникло во времена монголо-татарского ига, когда на этом поле выбирали девушек и отправляли их вместе с данью к ханам. В третьем варианте говориться о том, что на этом поле девушки пасли коров, а после выпаса гуляли, пели и водили хороводы.

Девичье поле

История Девичьего поля непосредственно связана с окончанием Смутного времени, так как именно на нем ополченцы, под командованием Минина и Пожарского, в 1612 году одержали окончательную победу над польско-литовским войском.

В том же XVII веке на Девичьем поле были разбиты аптекарские огороды, где под присмотром царского Аптекарского приказа выращивались лекарственные травы.

Во второй половине XVIII века, в летнее время и по праздникам, в 1765-1771 годах на поле устраивались бесплатные театральные представления казенного театра. Но после эпидемии чумы, начавшейся в 1770 году и чумного московского бунта 1771 года, традиция была прервана и больше не возобновлялась.

В конце XVIII века в этом месте стала селиться знать. Здесь были дворы князя В.В.Голицына и боярина Д.Н.Головина.

С  1870 года на Девичьем поле, по всем значимым событиям и народным праздникам, проходили народные гуляния. Переместили их сюда от упраздненного Екатериной II в 1764 году Новинского монастыря. Так как монастырь не действовал, то долгое время на его огромной территории проходили все праздники, но 1870 году территория монастыря была преобразована в бульвар и гуляния перевели на Девичье поле.

Клинический городок на Девичьем поле

В 1860-1870-х годах доктор медицины Николай Васильевич Склифосовский и другие известные медики, преподававшие в Московском университете, стали говорить о необходимости расширения медицинского факультета. Требовались новые клиники, здания институтов и научные лаборатории. Но трудности финансового порядка не позволили сразу решить этот вопрос.

Только в 1885 году, после того как нашлись крупные благотворители из купеческих семей, Московская городская Дума выделила 18 гектаров земли в районе Девичьего поля под строительство всех необходимых зданий для медицинского факультета Московского университета. В 1887 году городок был заложен и через 10 лет полностью построен.

Интересный факт

После постройки на Девичьем поле Клинического городка народные гуляния в этой местности продолжались еще много лет. Это, конечно же, мешало восстановлению  больных. Только в 1911 году, после настоятельной просьбы врачей, празднования наконец-то были прекращены.

История Девичьего поля, Клинического городка и улицы Плющихи тесно переплетена с судьбами доктора медицины, профессора Владимира Федоровича Снегирева и промышленника Павла Григорьевича Шелапутина.

Шелапутин

Снегирев и Шелапутин

Знакомство Владимира Федоровича Снегирева (1847-1916) с Павлом Григорьевичем Шелапутиным (1848-1914) было необычным и судьбоносным.

Владимир Снегирев в девять лет остался круглым сиротой и был передан в Московский воспитательный дом. Мальчик поступил в гимназию, но средств для ее окончания не хватило. Тогда «по бедности» и против его воли Владимира перевели в Кронштадтское штурманское училище, где уже во время учебы он начал служить на флоте. Сначала ходил на фрегате «Смелый», а затем нанялся матросом на яхту.

Однажды П.Г.Шелапутин путешествовал на этой яхте и обратил внимание на грустного матроса. Подошел к нему, поинтересовался в чем дело, и выяснил, что молодой человек мечтает стать врачом, но средств на это нет и он вынужден служить. Звали нового знакомого Владимир Снегирев.

Шелапутин сразу же предложил Владимиру свою помощь. Юноши были ровесниками, но судьбы их к моменту встречи сложились по-разному.

Павел Григорьевич был из богатого купеческого рода Шелапутиных, он получил отличное домашнее образование, увлекался искусствами, играл на скрипке, участвовал в семейном бизнесе, имел деловую хватку и в средствах не нуждался.

Уже после встречи со Снегиревым, в 26 лет Павел Григорьевич стал одним из соучредителей Балашихинской мануфактуры. Несмотря на молодой возраст, Шелапутин успешно руководил всеми производственными делами и через десять с небольшим лет сделал предприятие одним из самых крупных в европейской части Российской империи.

Интересный факт

Павел Григорьевич Шелапутин был настолько обеспеченным человеком, что в Москве в ходу было сравнение: «Богат как Шелапутин», а если хотели отметить щедрость человека, то говорили: «Угостил по шелапутинскому счету».

Павел Григорьевич был не только успешным предпринимателем, но и крупнейшим Московским благотворителем и меценатом. На его деньги строились гимназии, училища, институты, больницы, приюты. В общей сложности он потратил на возведение различных учреждений огромную сумму — пять миллионов рублей. Для своих работников он построил дома, больницу, приют для сирот и стареющих рабочих.

В 1869 году Шелапутин приобрел имение Покровское-Фили. На его территории он устроил приют для безнадежно больных, а парк и лес передал общественное пользование с тем, чтобы их могли свободно посещать все желающие.

П.Г.Шелапутин являлся крупным общественным деятелем, был председателем Совета Общества Средних торговых рядов в Москве и членом Московского общества исследователей природы. Еще одним направлением его деятельности была борьба за трезвость. Шелапутин входил в Первое московское общество трезвости и организовал его Рогожское отделение.

Чтобы отвлечь людей от пагубной привычки, он в своем доме на 1-ой Рогожкой улице обустроил и содержал две чайные с читальней, библиотекой и книжным магазином.

За три года до смерти, в 1911 году Павел Григорьевич получил потомственное дворянство.

Взяв опеку над Владимиром Снегиревым, Павел Шелапутин не мог и предположить, что его помощь поможет сформироваться светилу российской медицинской науки.

В 1865 году Владимир поступает в Московский университет на медицинский факультет и в 1870 году заканчивает его с отличием. Он несколько лет работает в Москве, специализируясь на женских болезнях. В 1873 году он становится доктором медицины, и Павел Шелапутин помогает ему пройти стажировку за границей в Германии, Англии и Франции.

В 1874 году Снегирев становится доцентом кафедры женских болезней, а еще через десять лет получает звание профессора.

Специализацией Снегирева стала гинекология, которая до него не являлась отдельной частью медицины. Именно Снегирев сделал это направление самостоятельной научной дисциплиной и доказал необходимость обучать медиков-женщин не только акушерству, но и гинекологии, чего раньше не допускалось.

Снегирев написал фундаментальное руководство по этой специализации, которое является энциклопедией и для современных врачей.
Оперативное направление — особая страница в деятельности Снегирева. Он выполнил более 2000 операций, быстрота и точность проведения которых поражала всех коллег.

Владимиру Федоровичу доверяли самые известные люди того времени. Он был семейным врачом во многих купеческих семьях. Также у него лечилась жена писателя Льва Николаевича Толстого – Софья Андреевна, которой Снегирев сделал сложную операцию, что спасло ей жизнь.

Лев Николаевич находился с профессором в приятельских отношениях. Семья Толстого жила в Долгохамовническом переулке (в настоящее время улица Льва Толстого,21), что совсем недалеко от Плющихи. Писатель часто заходил к Снегиреву, и они подолгу беседовали.

Крупный промышленник, купец Тимофей Саввич Морозов хотел построить для Снегирева частную клинику, что сделало бы врача очень богатым и независимым человеком. Но Снегирев отказался и попросил Морозова направить средства на строительство Гинекологической клиники на Девичьем поле, где как раз в этот период (1887 году) начал строиться Клинический городок Московского университета.

Т.С.Морозов профинансировал строительство и 1889 году клиника начала свою работу под руководством В.Ф.Снегирева.

Но через несколько лет руководства клиникой Владимир Федорович понял, что развитие гинекологии требует постоянной подготовки и переподготовки докторов, особенно из глубинки. И тогда, в 1893 году, Павел Григорьевич Шелапутин, желая помочь Снегиреву, дает средства на строительство Гинекологического института для врачей. Проект разрабатывает архитектор Роман Иванович Клейн.

В 1896 году институт уже начал работу. В нем обучались преимущественно иногородние и земские врачи. Снегирев руководил институтом 20 лет, до конца своей жизни.

П.Г.Шелапутин дал институту имя своей матери Александры Петровны Шелапутиной, которая оставшись вдовой в 32 года, сама воспитала и дала хорошее образование своим шестерым детям.

Павел Григорьевич имел статус пожизненного почетного члена Попечительского совета института. Он полностью ежегодно покрывал дефицит расходов института, а также оплачивал содержание половины койко-мест.

В.Ф.Снегирев жертвовал на расширение института и свои средства, а также передал в его библиотеку 1200 книг по медицине.

Уникальный врач и талантливый педагог Снегирев был еще и успешным общественным деятелем. По его инициативе создавались организации, работа которых была направлена на сохранение здоровья женщин.

Интересный факт

Борис Пастернак в своем романе «Доктор Живаго» посвятил целую главу Клиникам акушерства и гинекологии на Девичьем поле. По сюжету главный герой романа привозит жену рожать именно сюда. Имя Снегирева там не звучит, но по описанию внешности и по эпитету «мастодонт-гинеколог» становится понятно, что это именно он.

В 1899 году В.Ф.Снегирев получил звание заслуженного профессора.

В 1973 году у входа в Клинику акушерства и гинекологии (ул.Еланского) был открыт памятник основоположнику отечественной гинекологии Владимиру Федоровичу Снегиреву. Автор памятника знаменитый скульптор Сергей Коненков.

Усадьба В.Ф.Снегирева на Плющихе

Усадьба находится в Хамовническом районе столицы, в квартале, ограниченном улицей Плющиха и 1-ым, 2-ым и 3-им Труженниковыми переулками. До 1936 года эти переулки назывались Воздвиженскими, по Храму Воздвижения Креста на Чистом вражке (освящен в 1658г., действует по настоящее время). Название Труженниковы было присвоено переулкам по находившейся в этом районе швейной фабрике «ТРУД».

Первое подтверждение нахождения здесь землевладения, которое в будущем приобретет В.Ф.Снегирев, датируется 1838 годом, когда надворная советница Татьяна Ивановна Рузина построила на этом месте, вдоль красной линии улицы Плющихи, два жилых дома. Слева одноэтажный на фундаменте «со светелкой», справа одноэтажный с антресолями. Дома имели симметричные фасады, в их оформлении преобладал стиль неоклассицизм. Во дворе располагались хозяйственные постройки, а за ними сад. Въезд в усадьбу находился между двумя домами.

В 1839 землевладение уже числиться за княгиней Авдотьей Федоровной Еникеевой, при которой во дворе усадьбы появляется двухэтажный каменный дом, имеющий своды на первом этаже.

В 1866 году усадьбу приобретает поручик Иван Яковлевич Мазолевский. Он ремонтирует главные дома усадьбы, а во дворе сносит те хозяйственные постройки, которые пришли в негодность, и возводит новые.

В 1886 году землевладение арендует мещанин (с 1887 года купец 2-ой гильдии) Алексей Ефимович Крутовский. Два жилых дома к этому времени уже были значительно изменены прежними хозяевами. Они приобрели одноэтажные и двухэтажные нежилые пристройки. К южному фасаду левого дома был пристроен балкон на деревянных столбах.

А.Е. Крутовский арендует усадьбу для размещения не ее территории фабрики по производству стальных перьев. В 1891 году он выстраивает в глубине двора каменный одноэтажный производственный корпус по проекту архитектора Сергея Викторовича Напалкова (1858-1914).

В 1892 году владельцами усадьбы становятся Анастасия Павловна Беклемешева и трое ее сыновей.

В 1893 году, профессор В.Ф.Снегирев, возглавлявший в этот период Гинекологическую клинику на Девичьем поле, принимает решение переехать поближе к работе и приобретает у Беклемешевых землевладение на Плющихе. В 1894 году он обращается в Московскую городскую управу за разрешением на строительство двухэтажного деревянного дома с подвалом и каменной пристройкой.

Работу над проектом своего дома он доверяет 35-летнему, очень талантливому и уже известному на тот момент архитектору Роману Ивановичу Клейну, который построил много зданий для друга Снегирева, промышленника Павла Григорьевича Шелапутина.

Роман Иванович (Роберт Юлиус) Клейн (1858-1924) родился в купеческой семье немецкого происхождения. Получив профессиональное художественное образование, в начале своей карьеры работал в мастерской архитектора В.И.Шервуда. В 1888 году Клейн начал самостоятельную работу и стал известен после постройки на улице Воздвиженка усадьбы для предпринимательницы и благотворительницы Варвары Алексеевны Морозовой. Удачное завершение работы ввело Романа Ивановича в круг представителей самых известных купеческих семейств, что обеспечило его работой на всю жизнь.

Клейн оказался действительно уникальным мастером. В отличие от многих своих коллег, которые проявляли приверженность к определенным стилям, Роман Иванович талантливо работал во всех архитектурных направлениях. При этом он одинаково успешно строил церкви, усадьбы, производственные здания, кинотеатры, мосты, магазины, институты, училища, школы, доходные дома и больницы.

За 36 лет самостоятельной работы Клейн построил более шестидесяти объектов. Самые известные из них Музей изящных искусств (ныне Музей изобразительных искусств им. А.С.Пушкина), магазин Мюр и Мерилиз (ЦУМ), Бородинский мост, Средние торговые ряды на Красной площади, Доходный дом чаеторговцев Перловых на Мясницкой, готические корпуса Трехгорного пивоваренного завода.

Одним из постоянных заказчиков Р.И.Клейна был промышленник Павел Григорьевич Шалапутин. Архитектор проектировал для него здания, которые Шелапутин строил в рамках своей благотворительной деятельности.

Мастерская Клейна находилась на Девичьем поле, а рядом с ней были расположены две его талантливые работы, связанные с профессором Владимиром Федоровичем Снегиревым. Усадьба профессора на Плющихе (1894г.) и Институт гинекологии для врачей в Клиническом городке (1896г.).

По проекту Клейна левый дом по красной линии улицы снесли, а новое главное здание усадьбы выстроили в глубине двора. Перед домом разбили яблоневый сад. По ходу работ фасады были несколько изменены, поэтому итоговый вариант не вполне соответствовал проекту.

Правый дом стал флигелем и был надстроен вторым деревянным этажом. Его неоклассический фасад был сохранен, но приобрел дополнительное оформление в стиле ампир.

Главный усадебный дом, по своим основным конструктивным элементам, относится к стилю неоготика, при этом декоративное решение фасадов выполнено в стиле эклектика. Здание имеет сложную конфигурацию, но в тоже время соразмерно участку и органично вписано в него. Строение выглядит основательным, как каменный замок-крепость, хотя на самом деле дом сложен из бревен и оштукатурен по дранке. Только внешние стены подвала и одноэтажной пристройки  выполнены из камня.

Интересный факт

В кладке пристройки на кирпичах стоит клеймо «БАИ». Такие метки 1840-1870-х годах ставились на заводе купцов Байдаковых в селе Троицко-Голиницеве (ныне район Раменки). Завод работал до 1910-х годов.

Крыша строения, имеет островерхие выступы-шатры. Особым акцентом дома является пятигранная угловая эркерная башня со шпилем.

Вход в здание представляет собой выступающий одноэтажный тамбур, фланкированный пилястрами с капителями композитного ордера, над которыми высится классический антаблемент с аттиком.  Полуциркульная форма дверного проема завершается замковым камнем.

Междуэтажные карнизы сложного профиля подчеркивают горизонталь дома. Вертикальное членение задают пилястры с капителями композитного ордера, которые фланкируют окна.

Горизонтальная рустовка всего здания, подоконные филенки и венчающий карниз придают строению основательности, а пилястры, лепнина и витиевато оформленные слуховые окна на крыше добавляют романтичности.

Кровельное покрытие первоначально было выполнено из шпиатра (сплава различных цветных металлов), но с течением времени менялось. Шпиатр сохранился только на эркерной башне и слуховом окне.

На момент постройки в здании было пять печей, но в начала XX века они были сломаны, так как дом был оборудован собственной котельной и переведен на паровое отопление.

Наиболее выразительным является главный (восточный) фасад дома, включающий вход-тамбур, угловую башню со шпилем и уравновешивающий ее островерхий шатер с необычными слуховыми окнами.

Остальные фасады скромнее, но каждый из них все же имеет яркие отличительные элементы. На южной стороне расположена терраса, на юго-западе ризалит, в правой части северного фасада находится одноэтажная пристройка с отдельным входом.

Во времена Снегирева в пристройке располагалась лечебница, где находились больные из частного приема доктора и из амбулаторной клиники.

 

Интересный факт

В доме профессора Снегирева жила не только семья доктора, но и его воспитанники. Как было написано в некрологе; «… когда задавалось ему спасти жизнь младенцу, он охотно делался его воспитателем и заботился об обеспечении ему хорошего воспитания… некоторые из них воспитывались даже в его собственном доме, его семье».

Интерьеров времен Снегирева, за исключением парадной лестницы, дверей и оконных рам, не сохранилось, так как судьба дома после смерти профессора (в 1916 году) была очень сложной.

После революции 1917 года усадьба была национализирована, но сразу применения ей не нашлось, и она на некоторое время была заброшена. Затем наступил период коммунальных квартир, после чего от интерьеров практически ничего не осталось.

 

Интересный факт

Сохранились воспоминания человека, который жил в усадьбе Снегирева до и во время Великой Отечественной войны в одной из коммунальных квартир.

На тот момент он был старшим школьником и в своем рассказе вспоминает, что весь дом с башенкой занимала коммунальная квартира №1, а квартира №2 была в пристройке к этому дому. Большие комнаты делили перегородкой и таким образом увеличивали количество помещений. В одно время в доме проживало двенадцать семей.

Общая кухня была большой, примерно в тридцать метров, и после того как 1936 году вновь разрешили наряжать елки, на этой кухне ставили одну общую елку для всех детей.

В период Великой Отечественной Войны в доме осталось только три семьи, остальные эвакуировались. Котельная дома не работала, так как полопались трубы.

На стадионе «Буревестник», который был прямо напротив дома, стояли зенитные орудия, чтобы защищать район от постоянных бомбежек.

Во время войны дом не пострадал. После войны коммуналку расселили, и в усадьбе много лет размещались различные административные учреждения, в том числе и отделение милиции. С 2009 года дом пустовал частично, затем был заброшен полностью и начал разрушаться.

В 2022 году началась научная реставрация усадьбы Снегирева, которая должна быть закончена в 2024 году.



ПолезноеДругие статьи

Подробнее г. Москва, Смоленский бульвар, дом 26/9, строение 1

Объект культурного наследия федерального значения «Здание клуба Октябрьской революции, в котором 10 ноября 1918 года Л

ograda ava Подробнее «Городская усадьба, конец XIX — начало XX вв.- Гранитная ограда по улице» Адрес: г.Москва, ул. Садовая-Черногрязская, дом 6 Фактический адрес: Хоромный тупик, дом 4, строение 1

Объект культурного наследия федерального значения «Городская усадьба, конец XIX - начало XX вв.-Гранитная ограда по ули

Подробнее Усадьба Румянцева-Задунайского г. Москва, ул. Маросейка, 17/6, строение 1

Объект культурного наследия федерального значения (ансамбль)  «Дом с оградой», конец XVIII века, середина XIX века г. М

г. Москва, ул. Пятницкая, дом 2/38, строение 1. Здание с улицы Подробнее «Ансамбль жилой застройки, конец XVIII в., 1-я половина XIX в., 1857 г., 1880 г. Жилой дом с лавками, конец XVIII в., 1-я треть XIX в., 1857 г., 1880 г.» Адрес: г. Москва, ул. Пятницкая, дом 2/38, строение 1

РЕМОНТ ЧАСТИ ПОМЕЩЕНИЙ в СТРОЕНИИ 1 Работы по сохранению объекта культурного наследия. Выполнение проекта приспособлени

Смотреть все статьи

Наши партнеры  

Обратный звонок
Обратный звонок
Форма обратного звонка WordPress